— Ты уверен? Это удивительно, ведь здесь ни одно племя не имеет ни пастбищ, ни охотничьих угодий. С чего ты взял, что тут был индсмен?

— След копыт говорит, что у лошади индейская выучка.

— Такую лошадь мог иметь и белый.

— Не спорю, но…

Толстяк задумчиво покачал головой и продвинулся по следу чуть дальше.

— Иди за мной! — вдруг крикнул он. — Лошадь не подкована. Кроме того, она очень устала, но ее вынуждали скакать галопом, стало быть, всадник торопился.

Теперь спешился и Дэви. То, что он услышал от своего приятеля, было достаточно важным, чтобы заняться более тщательным обследованием. Он пошел за Толстяком, а оба животных побрели следом, будто понимали, что именно так и должны поступить. Поравнявшись с Джемми, Дэви уже рядом с ним двинулся по следу дальше.

— Эй, — присвистнул янки, — эта лошадь и в самом деле переутомлена — она часто спотыкается. Чтобы так гнать ее, нужно иметь веские причины для этого. Либо этого человека преследуют, либо у него есть другой повод весьма торопиться.

— Скорее последнее.

— Почему?

— Какой давности след? — вопросом на вопрос ответил Толстяк.

— Ему часа два, не больше.

— Вот именно. А отпечатков преследователя нигде не видно. У кого есть преимущество в два часа, тот вряд ли станет загонять лошадь до смерти. Впрочем, здесь так много скал, что ему легко удалось бы сбить преследователя с толку. Что скажешь?

— Ты прав. Нам обоим, к примеру, достаточно опережения в две минуты, чтобы оставить неприятеля с носом. Стало быть, я согласен с тобой. Но вот куда он так мчится? Где она, его цель?

— Наверняка недалеко отсюда.

Длинный с удивлением взглянул на Толстяка:

— Похоже, ты на сегодня стал ясновидцем.

— Чтобы догадаться об этом, не требуется никакой особой премудрости — надо только немного пораскинуть мозгами.

— Так! Я весь в напряжении, но почему-то пока мне ничего в голову не лезет.

— Это неудивительно.